142 (147). К Авургию (Просит вступиться в положение Максима, который был правителем Каппадокии и потом лишен всего, ничем не заслужив такого бедствия. (Писано в 373 г.))

Доселе почитал я басней написанное Омиром, когда читал вто­рую часть его творения, в которой пересказывает бедствия Одис­сея. Но что казалось дотоле баснословным и невероятным, научи­ло меня признавать это весьма вероятным странные похождения превосходнейшего во всем Максима. И Максим был правителем немаловажного народа, подобно как Одиссей вождем кефаллинян. И тот, везя с собой много денег, возвратился нагим; и этого бед­ствие довело до того, что был он в опасности явиться домой в чужом рубище. И подвергся этому, раздражив, может быть, про­тив себя лестригонов и встретившись со Скиллой, которая в жен­ском образе имеет бесчеловечие и свирепость пса. Итак, поелику едва мог он спастись от этой неизбежной волны, то чрез меня просит тебя: благоволи уважить общую природу и, поскорбев о незаслу­женных бедствиях, не оставь в молчании случившегося с ним, но доведи сие до сведения людей сильных, чтобы прежде всего ока­зано ему было пособие к отражению замышленного нападения; а если сего не будет сделано, то разглашено было намерение надру­гавшегося над ним. Для обиженного достаточное утешение и одно обнаружение лукавства злоумышляющих на него.