«Прежде всего надобно объяснить причину предлагаемого обличения, тогда наша речь будет удобопонятнее. В чем же состоит эта причина? Как в начале верующие, в числе трех тысяч, вкушали пищу за общим столом и имели у себя все общее (это в Иерусалиме, тотчас по сошествии Святого Духа), — так было и тогда, когда Апостол писал это, хотя и не с такою точностию, а только как бы некоторый остаток прежнего общения сохранился и соблюдался в последующее время. Верующие, из которых одни были богаты, а другие бедны, хотя не отдавали всего своего имущества в общую пользу, однако в установленные дни по обычаю учреждали общие столы и, по окончании собрания и причащения Таин, сходились все на общую трапезу, причем богатые приносили яства, а бедные и ничего не имеющие были приглашаемы ими; и, таким образом, вкушали пищу все вместе. Обычай прекрасный и благодетельный! — Ибо он служил к поддержанию любви, утешению бедности, благоупотреблению богатства, внушению великого любомудрия, сохранению смиренномудрия» (святой Златоуст). Введен он был и в Коринфе, как и везде, и сначала все здесь шло в порядке, а потом произошли некоторые нестроения, которыми извращалось самое существо сих вечеряний. Узнав об этом, святой Павел обращает к ним теперь обличительное и исправительное слово.

Течение его речи таково: а) сначала указывает, в чем нестроения, и обличает их (стихи 17–22); б) потом, чтоб расположить к благоговеинству в отношении к вечерям любви, говорит о таинстве Тела и Крови, именно — аа) как оно установлено, (стихи 23–26) и бб) как приступать к нему достойно (стихи 27–32) и в) наконец делает постановления относительно порядков на вечери любви (стихи 33–34).